Sprache wechseln

Breadcrumbs

И снова о бумаге

Обратил внимание, что Овидий, ПУБЛИЙ ОВИДИЙ НАЗОН (43 г до Р.Х. - ок. 18 г. по Р.Х.) в своих «Тристиях» или «Скорбных Элегиях», и не только в них, многократно упоминает бумагу:

nec te purpureo uelent uaccinia fuco—
     non est conueniens luctibus ille color—
nec titulus minio, nec cedro charta notetur,
     candida nec nigra cornua fronte geras.

Красным тебя покрывать не надо вакцинии соком,
Скорбным дням не под стать яркий багрянец ее.
Минием пусть не блестит твой титул и кедром - страницы,
Пусть и на черном челе белых не будет рожков. - Публий Овидий Назон. Любовные элегии. Метаморфозы. Скорбные элегии. Перевод с латинского С.В.Шервинского, М., Художественная литература, 1983

Перевод конечно красивый, литературный, не сравнить с аналогичными английскими:

You shall have no cover dyed with the juice of purple berries - no fit colour is that for mourning; your title shall not be tinged with vermilion nor your paper with oil of cedar; and you shall wear no white bosses upon your dark edges. - Ovid Tristia Ex Ponto,  Arthur Leslie Wheeler, READ BOOKS, 2007

Neither let the hyacinths veil you in purplish pretence – (That color does not become our sorrow) - Nor let your title be written in red-lead, Nor your paper distinguished by the cedar's wood. No, my little book, nor let yourself bear white spine and black binding. - by Michael Dinan
 http://www.forumromanum.org/literature/tristia1.html

 

Но обращают на себя внимание некоторые разночтения, особенно в строке о бумаге и непонятной ее связи с кедром. Разумеется, авторы переводов исходили из общепринятого представления о «древнеримской книге», описание которой, в частности, дает Ф. Любкер в своем «Реальном словаре классических древностей»

«Переплет заключался в том, что соединенные с одной стороны клеем листы (paginae) прикреплялись к пустому цилиндру из дерева, простой или слоновой кости. Через этот цилиндр проходила свободно вращавшаяся палка, которая снизу и сверху имела по толстой пуговице (cornua, umbilici, ср. Hor. epod. 14, 8) как для того, чтобы держалась палка, так и для сбережения книги, которая при чтении упиралась на них и при перевертывании страниц не стиралась об стол. Три остальных стороны листа имели (frontes) черный обрез. Сзади, на верхней части свитка, как и в наших книгах, на наклеенном кусочке бумаги отмечалось оглавление (titulus, index) книги красным шрифтом. Когда употребление книги не было более нужно, то для предохранения ее от пыли и других повреждений ее вкладывали в обложку из красного или желтого пергамента (sillybis, Cic. ad Att. 4, 5). Дорогие книги натирали, кроме того, кедровым маслом для предохранения от червей и моли или же укладывали в ящики из кедрового дерева. Hor. а. р. 332. Писали только на одной стороне бумаги или пергамента, другую, для большей ясности написанного, покрывали краской, преимущественно шафранной.»

Считается, что во времена Овидия римская книга была свитком. Концы стержня «умбиликуса» (боссы, кнопки) назвали cornua "рожками". Но, может быть, Овидий имел в виду привычную нам книгу, с обложкой и страницами, с золотым или черненым обрезом?

Пока, согласно традиционной истории, в седьмом столетии ирландские монахи не ввели пробелы между словами, разделять слова и предложения, переписывая книги, было довольно сложно.  Но до 12-го столетия пробелы так и не получили широкого распространения. Поэтому не исключено, что дошедший до нас, благодаря усердию малообразованных монахов, переписывающих «китайскую грамоту» для потомков, текст Овидия претерпел некие изменения. Как минимум это может касаться расстановки знаков препинания, придуманых в конце 15 века (запятую изобрёл Альдо Мануций), и переноса строк в предложениях.

Если попробовать взглянуть на данное четверостишье с такой позиции, то ничто не мешает воспринять его, как описание книги в обложке пурпурного цвета, с заглавными буквами, написаными киноварью на белоснежной -candida, исписаной – notetur, кедровой бумаге - cedro charta, в темном кизиловом окладе - nigra cornua fronte geras. Кизил – самое твердое (тверже акации) и прочное дерево в Европе. Отсюда и его сравнение с рогом. А обложки книг, вплоть до недавнего времени, делали из дерева, чаще всего обтянутого кожей. Но, что такое «кедровая бумага»? Оказывается есть такая! Сигары для ароматизации и предотвращения образования плесени хранят в ящиках из испанского кедра (обладает бактерицидными свойствами), а кубинские сигары перекладываются «кедровой бумагой». Вполне возможно, что добавляя в бумагу при ее производстве кедровые опилки, добивались консервирующего эффекта – бумага хранилась дольше обычной.

Далее Овидий пишет:

Пусть по обрезам тебя не гладит хрупкая пемза,
В люди косматым явись, с долго не бритой щекой.

Не думаю, что такую абразивную обработку в состоянии перенести папирус, а вот бумага..

Овидий в нескольких местах пишет о бумаге и, скорее всего, на бумаге:

Me miserum! Vereorque locum uereorque potentem,
     et quatitur trepido littera nostra metu.
Aspicis exsangui chartam pallere colore?
     Aspicis alternos intremuisse pedes?

Горе! И места боюсь я, боюсь и его властелина,
Самые буквы мои в страхе трепещут, дрожат.
Видишь ли, как помертвев бескровно бледнеет бумага?
Видишь, как дрожь обняла стих то один, то другой?

ГЕРО — ЛЕАНДРУ
Тот привет, что прислал ты, Леандр, на хрупкой бумаге,
Чтобы я верить могла, делом его подтверди.
Вулих Н.В. Овидий. М., Издательство "Молодая гвардия-ЖЗЛ", 1996. (Жизнь замечательных людей: Серия биографий; Вып. 732.)
Перевод Н.В. Вулих.

Или Овидий – сочинения автора эпохи Возрождения?

P.S.

Возвращаясь к бумаге. Тут показан процесс изготовления бумаги украинским умельцем из коры и других продручных материалов:

Не думаю, что во времена Овидия не могли до такого додуматься.

В свою очередь так ли уж аутентичен процесс изготовления бумаги из папируса, заново открытый и раскрученный доктором Рагабом, описанному Плинием Старшим?

Из последней поездки в Италию я привез кусок самого растения, но высохшего на корню. Обращает на себя внимание то, что в сухом состоянии папирус уже, практически, бумага желто-коричневого цвета. Очень похож на сухую кукурузу. Нет никакой необходимости проделывать сложный многодневный процесс а-ля доктор Рагаб! Стебель папируса состоит из концентрических слоев-трубочек готовой бумаги. Достаточно аккуратно разрезать его вдоль с одной стороны, как образуются полоски. Остается только склеить их между собой под прессом. Именно таким образом, по моему мнению, вполне интуитивно и без всякой "высшей математики" египтяне пришли к использованию сухого папируса в качестве писчего материала.

В этом случае процесс изготовления бумаги из папируса, описаный Плинием, становится абсолютно понятным. Становятся и логичными его разделения бумаги на сорта в зависимости от того, ближе ли к центру находился слой-трубочка, т.е. более нежный но узкий или же взят относительно грубый но широкий наружний слой.

Вот и все!

При перепечатке и публикации ссылка на сайт обязательна © 2007-2013 Andreas Tschurilow

В двух словах...


    «Во что бы то ни стало устройте старым теориям достойные похороны; хотя мы должны позаботиться, чтобы в этой поспешности не был похоронен живым ни один из раненых».

     Сэр Уильям Флиндерс Петри